Как установить связь с марсом

Едва ли необходимо говорить, что эти зеркала должны быть чрезвычайно аккуратно отшлифованы и отполированы. Не может быть и речи о том, чтобы использовать обычные зеркала массового производства, как это предлагалось. На таком огромном расстоянии несовершенство поверхности зеркал неизбежно повлияло бы на их эффективность. Более того, чтобы вращать зеркала по типу гелиостата, потребовалось бы задействовать дорогостоящий точный механизм. Кроме того, потребовалось бы обеспечивать защиту конструкции от разрушительного атмосферного воздействия. Весьма сомнительно, чтобы столь внушительную по размерам конструкцию можно было бы соорудить, затратив лишь 10 000 000 долларов, однако это соображение имеет второстепенное значение в аргументации.

Если бы отраженные лучи были параллельными, а небесные тела не имели бы атмосферы, то не было бы ничего проще, чем передавать на Марс световые сигналы. Существует признаваемая физиками непреложная истина - пучок параллельных световых лучей, проходя в вакууме, освещал бы участок поверхности с одинаковой интенсивностью независимо от того, как близко или далеко находилась бы она от источника света. Говоря иначе, при передаче световой энергии в вакууме или в межпланетном пространстве не происходит ее ощутимых потерь. Дело обстоит следующим образом: если бы нам удалось пробиться сквозь «тюремную стену» земной атмосферы, мы смогли бы четко различить самый малый объект на самой далекой звезде -такова среда, заполняющая вселенную, невероятно разреженная, свободная от частиц, неподвижная и эластичная.

Обычно солнечные лучи считают параллельными, и это действительно так, но лишь для короткого отрезка их траектории, вследствие огромного расстояния, на которое посылает их светило. Однако световое излучение идет с расстояния 93 000 000 миль и посылается сферическим небесным телом диаметром 865 000 миль. Поэтому большинство лучей будет падать на зеркала под углом менее 90 градусов, результатом чего окажется соответственное отклонение отраженных лучей. Благодаря равенству углов падения и отражения произойдет следующее: если Марс отделяет от Земли расстояние, равное половине дистанции от Земли до Солнца, то отраженные от Земли солнечные лучи, достигнув поверхности Марса, покрыли бы там участок площадью, равной примерно одной четвертой площади солнечного диска, или, говоря языком округленных цифр, 147 000 000 000 квадратных миль, что было бы приблизительно в 16 400 000 000 раз больше общей площади зеркал. А это означает, что интенсивность светового излучения, достигшего Марса, была бы во столько же раз меньше.

Конкретизируя данную идею, можно утверждать, что свет, который нам дает Луна, оказывается в 600 000 раз слабее, чем солнечный свет. Соответственно даже в чисто теоретических условиях, рассмотренных выше, конструкция Пиккеринга сможет дать всего лишь световое излучение в 27 400 000 раз слабее лунного света в фазе полнолуния, или в 1000 раз слабее светового излучения Венеры.

Данные расчеты базируются на предположении о том, что на пути отраженных лучей не будет ничего, кроме разреженной среды, заполняющей собой космическое пространство. Однако у планет имеется атмосфера, которая преломляет и поглощает лучи.

На Земле мы видим отдаленные объекты не так отчетливо, но различаем звезды еще долго после того, как они скрылись за горизонтом, - и все это благодаря преломлению и поглощению солнечных лучей, проходящих сквозь слой воздуха. И хотя данные явления невозможно точно рассчитать, несомненно одно: атмосфера - это основная помеха, препятствующая исследованию заоблачных небес.

Можно разместить наши обсерватории на высоте одной мили над уровнем моря там, где троекратно снижена плотность вещества, сквозь которое приходится проходить лучам на их пути к поверхности планеты. Но выигрыш от такого подъема вследствие снижения плотности воздуха на высоте оказывается сравнительно небольшим. Какой шанс того, что отраженные лучи, мощность которых снизится до величины гораздо меньшей, чем рассчитанная здесь, могли бы использоваться для передачи сигналов, видимых на Марсе? И хотя я не могу отрицать такой возможности, все свидетельства говорят об обратном.

Лоуэлл, хорошо подготовленный и неутомимый астроном, избравший своей специальностью изучение Марса, работая в идеальных условиях, не смог тем не менее различить световой эффект такой же мощности, которую, как предполагалось, сможет обеспечить сигнальная машина. Фобос, меньший из двух спутников Марса, диаметром от 7 до 10 миль, может быть виден лишь в те короткие временные интервалы, когда его планета находится в противостоянии. Этот спутник дает нам пример объекта площадью примерно в пятьдесят квадратных миль, отражающего солнечный свет, по крайней мере, столь же хорошо, как это делает Земля. Мощность этого света оказывается равной величине, чуть меньшей, чем одна двадцатая от мощности зеркала.

Говоря иначе, сходного эффекта на данной дистанции можно было бы достичь с помощью зеркал общей площадью в четыре квадратные мили, а это значит, что в случае размещения таких зеркал на Земле будет достаточно, чтобы их площадь составляла две квадратные мили, поскольку сюда будет падать в два раза более яркий солнечный свет. Сейчас площадь у отражающей поверхности Фобоса в 222 раза больше, чем у предлагаемого рефлектора стоимостью десять миллионов долларов, и все же данный спутник Марса едва различим. Бесспорно, наблюдение за Фобосом является нелегким делом из-за яркости отраженного его планетой-матерью солнечного света. Впрочем последнее компенсируется тем фактом, что в космическом вакууме отраженные.

Перейти на страницу: 1 2 3 4

Copyright © 2010 - All Rights Reserved - www.physicinweb.ru